Николай Ерёмин учасник Утренняя Заря 2009

Автор:olga_olga

Николай Ерёмин учасник Утренняя Заря 2009

Утренняя Заря 2009

Посвящается светлой памяти

протоиерея Александра Воронцова

Поезд остановился. Вечерний Коростень встречал гостей из Санкт–Петербурга. Спустившись из вагона на низкий перрон, я сразу попал в объятия невысокого седовласого священника с удивительно светлыми глазами. Отобрав у меня сумку, он повёл всю нашу компанию на привокзальную площадь. За батюшкой следовали Вероника Кривошеева–Сергиенко, Антон Галицкий с женой Татьяной и двумя сыновьями – Колей и Стёпой, и я, в числе прочих певцов приглашённый к участию в Первом фестивале православной песни «Утренняя Заря», посвященном памяти святой равноапостольной княгини Ольги. Приглашение я получил через Антона, он же взял билеты на всю нашу компанию. «Приглашает священник Александр Воронцов», – проинформировал Антон.

И теперь священник Александр Воронцов рассаживал нас по машинам. Новые впечатления захлестнули, а в памяти ещё бродила дорога: Вероника в пути написала новую песню о Княгине Ольге, а я незадолго до отъезда из Питера окончил «Крымскую балладу». В поезде показал её друзьям : петь или не петь?. Решил – сыровата. Есть вещи накатанные.

В машине открылся дар о. Александра —  внимательно слушать собеседника и в конце делать краткое неожиданное резюме. Помню, посетовал ему, что получая водительские права много претерпел от инструктора, страдавшего ненормативной лексикой. «Да, –  протянул о. Александр, и после этого с его губ сорвалось что-то вроде – эх, мля!». Всё встало на свои места – большинство водителей снимают стресс, эмоционально разряжаются именно так. «А меня инструктор наглости учил»,  – неожиданно подытожил батюшка.

Поселив нас в пансионате, о. Александр пообещал наутро забрать нас и доставить в храм. Завтрашний день обещал быть напряженным, предстояло два мероприятия: концерт в Коростенском Доме престарелых и выступление на фестивале.

Следующий день, 24 июля, был Днём памяти Святой равноапостольной Княгини Ольги. Утром молились в храме. Запомнился ещё довольно молодой слепой священник, которого под руки вводили в алтарь. Пение было сложное партесное. Говорят, что княгиню Ольгу в Коростене почитают особо. Именно Коростень (Искоростень) – столица древлян, был сожжён ею в отместку за погубленного древлянами мужа, князя Игоря. Здесь, позднее, и храм был ею построен, в котором каялась она за совершённое злодеяние. Ну а теперь памятник Княгине стоит на берегу реки Ужа, а выше, на самой горе – огромный памятник древлянскому князю Малу, павшему жертвой женского коварства будущей святой.

После храма направились в Дом престарелых, где предстоял первый «пробный» концерт. Помню, услышав от встретившего нас молодого врача украинскую мову, я  обратился к нему по – английски. В конечном итоге перешли на русский. И здесь дипломатический талант о. Александра сыграл не последнюю роль. Выступили хорошо. Персонал горячо аплодировал, особенно Антону, исполнявшему песни на украинской мове. Затем был небольшой фуршет. Певцы от горилки  отказались, ссылаясь на предстоящий ответственный концерт, а о. Александр дипломатично «за всех» хлопнул стопку за дружбу российского и украинского народов.

Напряжение спало. Провожая нас, наш врачебный гид посетовал о том, что после Чернобыля у очень многих жителей Коростеня возникли проблемы со щитовидной железой. Расстояние от Чернобыля до Коростеня по прямой – 117 километров. В дни после аварии на Чернобыльской АЭС, поддерживая жителей зараженных районов, получил заболевание и российский певец Александр Барыкин. Говорят, что автора одной из лучших песен на стихи Николая Рубцова «Велосипед» в последние годы жизни занимала духовная тематика. В 2002 году презентация его альбома «Молись, дитя!» прошло в Храме Христа Спасителя.

После небольшой автомобильной экскурсии по городу мы оказались в уютном саду. Сердитая собака была заперта в сарае. Баловень Коля Галицкий получил «ранение» – кровяную ссадину. Необходимое для обработки раны нашлось в батюшкиной аптечке. Я поделился святым маслом. А всех нас ждал обед под сенью малороссийских плодовых деревьев – перед главным концертом дня требовался отдых. Скромный батюшкин деревянный домик не вмещал нахлынувшую ватагу питерских гостей, поэтому расположились за дощатым столом под яблонями.

Вскоре к домику подъехала украинская часть концертной команды – Андрей Семенко из Тернополя подвёз и легендарного Василия Жданкина. Однако, пора было выдвигаться на площадку.

Главный концерт фестиваля проходил на специально смонтированной для этого у подножия памятника Княгине Ольге сцене. Впрочем, возвышавшийся над горой Мал тоже желал присутствовать на концерте, и с этим необходимо было считаться. Помню, что я очень сильно волновался, проглотил таблетку афобазола. Подъехал о. Сергий Киселёв из Киева. Сцена располагалась прямо на воде, а на противоположном берегу Ужа, на импровизированном природном «амфитеатре» собралось более тысячи зрителей. Краповые береты обеспечивали порядок.

Отец Александр вышел на сцену и объявил о начале фестиваля. Первым выступал Василий Жданкин – лауреат фестиваля «Червона рута», настоящий кобзарь. Помню, после его выступления, я сказал ему какой-то комплимент, он шарахнулся от меня, как от чумного. Истинный талант и смирение, как правило, сопутствуют друг другу. Пели Антон с Вероникой, о. Сергий, Андрей Семенко. В этом концерте я выступал в конце – редкая для меня честь. О. Александр вёл концерт спокойно и профессионально. Когда объявили меня, я спел «Дорожную», «Княгиню Ольгу» и  «Костю», чтобы жители Украины знали, как держат удар международного терроризма российские воины. О. Сергий Киселёв внимательно слушал моё выступление, потом подошёл и сказал: «Да, хорошая песня. Ну, а всё же, не все равны у Божьего престола: есть ведь мученики, а есть преподобные и иные образы святости». Я ответил, что фраза «у Божьего престола все равны» принадлежит духовнику Антона Маньшина и относится к конкретной ситуации явления воина Константина совместно со Св. мучеником Цесаревичем Алексием. Завершали концерт опять Антон Галицкий и Вероника Кривошеина – Сергиенко. В конце мероприятия Андрею Семенко позвонила знакомая из США: «Мы вас видим и слышим». Велась он–лайн трансляция на весь мир. В конце фестиваля администрация Коростеня вручила всем участникам памятные дипломы.

Потом были посиделки на берегу Ужа, пикник и ночное купание в реке. Пели то, что не уложилось в концерт. О. Александр не отпускал нас от себя. Все восхищались Антоном. Я сказал: «Ну, обошлись бы и без меня». Батюшка посмотрел на меня и строго сказал «Не скромничай». Помню, ещё я пошутил: «В чём цель христианской жизни? – угодить жене. Апостол ведь как пишет: «Неженатый заботится, чтобы угодить Богу, а женатый – чтобы угодить жене». Батюшка очень развеселился, похоже, эта мысль ему понравилась, и он резюмировал: «А жена должна угодить мужу, чтобы муж угодил Богу».

Поезд в Петербург отправлялся утром. Только успели заскочить в пансионат, собрать и забрать вещи. В ожидании поезда стояли на перроне. «Передавайте привет благочинному, отцу Валерию Швецову», — раздумчиво напутствовал нас о. Александр. Стоя под козырьком вокзала,  мы ловили прощальные слова гостеприимного батюшки: «После Чернобыля многие отсюда уехали, надеясь найти более безопасное место, но большинство из них не смогли устроиться и умерли раньше, чем их ровесники, которые остались здесь». И ещё: «Смотрел по телевидению интервью с российскими моряками, которых захватили террористы. Один из них сказал; «От того, что вокруг нас в мире такой шум, нам только хуже. Как только в России общественность начинает возмущаться, нас только сильнее бьют и хуже обращаются». На прощание я подарил батюшке свой диск и попросил его при возможности прислать мне икону «Спас Чернобыльский».

А осенью батюшка сам позвонил мне, сказал, что приехал на несколько дней в Петербург. Мы встретились в гостинице на Петроградской. Было мероприятие, посвящённое,  Св. праведному о. Иоанну Кронштадтскому , собирали всех настоятелей Иоанновских храмов, и батюшка оказался в их числе. «Да всё работа, работа —  сетовал я, — некогда и песни писать». «Андрей Семенко на это же жалуется , —  произнёс о. Александр, —  пошёл в банкиры, творчество забросил. Ну что ж, а в твоей работе есть глубина!», и протянул мне две иконы – «Спас Чернобыльский» на подставке и открытку – копию иконы Николая Чудотворца из храма в Припяти.

Позднее батюшка звонил мне и спрашивал телефон Храма Св, прав. Симеона и Анны – хотел пригласить в Коростень о. Олега Скоблю. «Он ведь из наших мест», ‒ говорил о. Александр.

Шесть лет прошло со дня нашей встречи с о. Александром. Узнав о его болезни, послал батюшке СМС‒ку, рекомендуя берёзовый гриб, чагу, который помог в похожей ситуации многим, в том числе и его другу, о. Валерию Швецову. Да видно, далеко зашла болезнь, и не выдержал организм доброго пастыря последних кровавых событий на Украине. Видел только одну из его последних фотографий – тот же светлый взгляд, полный оптимизма и веры в торжество разума и дружбу наших братских народов России и Украины.

Подаренная батюшкой икона Спаса Чернобыльского, как  благословение, всегда стоит на моём рабочем столе.

Вечная память! 01.03.2016 г.

Об авторе

olga_olga administrator

Оставить ответ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.